СТЮАРТ Гейтер  (Gaither Stewart)
старший редактор и обозреватель Cyrano’s Journal, писатель и журналист
   
Русские вернулись!
   
    Географическое положение России, находящейся на стратегическом перекрестке Евразии, усиливает ее могущество и влияние; сегодня оно вновь распространяется на немалую часть планеты. Ее военно-промышленный комплекс не уступает американскому, а по запасам природного газа она не имеет равных в мире. Америка не может позволить себе недооценивать Россию, судя о ней по меркам экономического краха Советского Союза, приключившегося два десятка лет назад. Сегодня Россия вернулась — и навсегда.
    В первые годы после Второй мировой войны американское политическое руководство соглашалось с побежденной Германией, считавшей, что США воевали не с тем противником. Немецкие генералы до последнего надеялись, что союзники позволят Германии капитулировать на Западном фронте, после чего она вместе с ними продолжит «настоящую» войну — на Востоке. Американские генералы тоже жаждали «правильной» войны — войны с Советской Россией. Даже «ржавое оружие мечтает о войнах», — писал молодой немец Вольфганг Борхерт (Wolfgang Borchert), только что вернувшийся с Восточного фронта. Пришло время немцам и американцам плечом к плечу сражаться против подлинного врага — русских.
    Общим противником для американцев и немцев были коммунизм и СССР. Некоторые американские политические лидеры теперь и Вторую мировую войну стали считать войной против коммунизма, а не нацистской Германии, нацистов же начали расценивать как «своих». Согласно одной исторической концепции, война против коммунизма началась с германского нападения на Россию в 1941 году, а закончилась крушением СССР в 1991 году. В первом ее этапе участвовали немцы и японцы, а после 1945 года дело взяли в свои руки США.
    После войны Америка настолько зависела от нацистских разведчиков — из СС, гестапо и абвера — во всем, что касалось информации о России, что она даже создала «мини-ЦРУ» под руководством главы гитлеровской разведки в Восточной Европе генерала Рейнхарда Гелена (Reinhardt Gehlen). Гелен сохранил немецкую шпионскую сеть на Востоке и сберег до лучших времен документацию нацистской разведки по России. Теперь он продавал эту информацию американцам, а его организация составляла пропагандистские материалы, использовавшиеся для оправдания растущего бюджета американских спецслужб и разжигания вражды между США и СССР за счет систематического преувеличения советской коммунистической угрозы.
   
    С чем же связано это «повышенное внимание» к России? Что это — какая-то исходящая от нее угроза провоцирует интервенции? Не только Наполеон с Гитлером, но и американский генерал Паттон — тот самый, что щеголял с двумя револьверами на поясе — мечтал о триумфальном марше до самой Москвы. «Nach Moskau!» — подстрекал Гелен. «To Moscow!» — вторил ему Паттон. Генерал так и не дождался приказа о выступлении, но несколько десятков лет США в своей политике на Востоке следовали нацистским рецептам. Нацистские военные преступники и коллаборационисты из Восточной Европы, сотрудничавшие с гитлеровцами, стали союзниками и коллегами Америки. Кое-кого из них забрасывали на советскую территорию. Другие нашли работу в американских структурах по сбору разведданных. Бывших нацистов также переправляли в США для нагнетания антикоммунистических настроений. Во многих фильмах и книгах рассказывается о том, как после войны организация Гелена при помощи США, Ватикана и Красного Креста проводила «операцию Одесса» — прокладывала «крысиные тропы»: маршруты для бегства бывших эсэсовцев и гестаповцев, спасая их от суда за военные преступления, снабжая новыми документами и на подводных лодках переправляя в тайные убежища на территории Аргентины, Парагвая и Чили, чтобы они готовились к новому раунду борьбы против коммунизма и России.
    Возникает ощущение, что враждебность Америки к России порождает нечто заложенное в глубине пуританского американского характера, на генно-хромосомном уровне. Остается лишь гадать — что же за народ эти русские, которых Америка считает необходимым окружать, нейтрализовывать и сдерживать, диктовать им свои условия, читать проповеди и смотреть свысока. Действительно ли речь идет лишь о соперничестве за мировую гегемонию? Но может быть, здесь замешана еще и зависть. Зависть к по-прежнему огромной территории России. К ее великой культуре. Возможно, у России есть нечто такое, чего нет у Америки. Циник сказал бы, что сегодня это связано с гигантскими газовыми месторождениями Сибири. Как бы то ни было, источник предположения о том, что от России исходит угроза, остается загадкой.
    Теперь мы знаем, что «холодная война» исподволь деформировала бесчисленные неокрепшие умы. Жертвами промывания мозгов и обмана стали не только два-три поколения американцев; такой же обработке подвергался весь мир. Тем не менее, несмотря на промывание мозгов и «холодную войну», несмотря на то, что вдалбливалось нашему поколению насчет Сталина и несостоятельности коммунизма, всегда находились люди, все равно любившие Россию. И некоторые из них пришли к пониманию: Россия всегда останется Россией.
   
    Для Украины, лежащей на перекрестке между Европой и Россией, характерны сразу три тенденции: лингвистическое, историческое тяготение к России; ностальгия по советскому прошлому с его грандиозными масштабами и всеобщим планированием — и стихийно демократическое, капиталистическое, неолиберальное прозападное течение. Тем не менее в глазах многих россиян и украинцев их народы — фактически единое целое; недаром украинцев часто называют «малороссами».
    То, что такая большая и мощная страна, как Украина, быстрыми шагами движется на Запад, справедливо встревожило Москву. В 1990-х Украина предоставила воинский контингент для миротворческой операции в Косово. Затем она направила войска и в Ирак. Для России последней каплей стало прозвучавшее в мае 2002 года заявление Киева о том, что страна будет стремиться к членству в ЕС, НАТО и ВТО.
    Западная Украина имеет традиционные тесные связи с Европой, особенно с Польшей. Именно в западных районах страны, присоединенных к Украине лишь в результате расширения территории СССР после Второй мировой войны, всегда сильнее всего проявлялся украинский национализм.
    На Востоке Украины все обстоит совершенно по-иному. В X–XI веках Киевская Русь была крупнейшим государством Европы. Ее культурно-религиозное наследие заложило основу украинского национализма. В конце XVIII века (Так в тексте. — Прим. перев.) Россия присоединила территорию Украины. После крушения царской России в 1917 г. Украина на короткое время (1917–1920 гг.) обрела независимость, но была вновь завоевана и вошла в состав СССР. Весьма многочисленное меньшинство населения Украины составляют русские или русскоязычные. Российское влияние особенно велико на промышленном востоке страны, где преобладает русское православие.
    После самой России Украинская ССР была самым важным компонентом Советского Союза в экономическом плане. После обретения независимости в декабре 1991 г. на Украине началась было приватизация, но сопротивление в рядах самого правительства блокировало реформы. К 1999 году объем промышленного производства снизился на шестьдесят с лишним процентов по сравнению с 1991-м. Зависимость Украины от поставок энергоносителей из России и отсутствие структурных реформ придает ее экономике уязвимость. Хотя посткоммунистический переходный период, казалось бы, завершился, изменения в стране носили иллюзорный характер. Коалиционное правительство переживает то взлеты, то падения: его деятельность характеризуется катастрофической экономической политикой, разгулом коррупции и «газовой войной» с Россией. В то же время Россия остается крупнейшим торговым партнером Украины, и население востока и юга страны отдает ей предпочтение перед Западом. Импульсивное движение Украины в сторону Запада замедлилось. Хотя по логике выбор между Россией и Западом для нее исключен, поскольку Украине нужны они оба — в состязании между Россией, с одной стороны, и Европой и США — с другой, если оно, конечно, будет честным, победа Москвы, на мой взгляд, неизбежна.
    Россия полвека «отступала» перед Западной Европой. Теперь, когда она имеет такое оружие, как природный газ, это отступление закончилось. Поскольку экономическое будущее Европы во многом зависит от российского газа, она прекратила попытки демократизации России. Только дружеские отношения с ней могут дать результат. Европа больше не в состоянии активно подталкивать Украину к демократии. Америка, однако, может это себе позволить, и позволяет. Именно с напористой, грубой, высокомерной внешней политикой США связаны причины, по которым Украина все время колеблется.
    Америка может сколько угодно изворачиваться и грозить, тянуть и толкать: Россию ей все равно не остановить. Она вернулась навсегда.
    Поддержка Евросоюзом членства Украины в ВТО и демонстрация уважения к демократическому выбору ее народа выглядят проявлением дружбы и сотрудничества — в глазах прозападно настроенных украинцев. Для России и украинцев, ориентированных на Восток, все это, напротив, выглядит угрожающе, за всем этим угадывается «подводное течение» — экономический шантаж. В ответ Москва поддерживает на Украине пророссийских политиков, грозящих восстанием на востоке и юге страны; сама же она может в любой момент перекрыть поставки газа Киеву или повысить расценки за «голубое топливо».
    Таким образом, вопрос о том, где кончается Запад и начинается Россия, немаловажен для всего мира. Россия снова превратилась в игрока мирового масштаба. Наряду с Китаем и Индией она берет на себя одну из главных ролей на международной арене. Россия утратила большую часть своей империи, но ее стремления по-прежнему масштабны.
    Усиление России тревожит Вашингтон и в меньшей степени — Европу. Однако многим другим странам мира такой противовес необузданному унилатерализму США, как сильная Россия, импонирует: «холодную войну» и характерную для нее низкую степень риска они предпочитают «горячей» войне Вашингтона в Ираке или его угрозам нанести ядерный удар по Ирану. С другой стороны, слабость России ставит под угрозу международный баланс сил. Распад СССР расчистил путь для «Америки превентивных войск», чьи руки развязаны, позволяя ей наносить удары там, где она пожелает и когда пожелает. Америка проявляет наибольшее дружелюбие к Москве только тогда, когда Россия расколота и бедна, когда ее экономика лежит в руинах, а империя распалась.
    Вашингтон не в состоянии контролировать Китай или Индию. Не сможет он в конечном счете «сдержать» и Россию.
    Тем не менее окружение России продолжается. Прошлой весной Болгария, недавно вступившая в НАТО, согласилась разместить на своей территории как минимум три американские базы и 2500 солдат; впервые за 1325 лет существования этой страны на ее земле появятся иностранные войска. Главный пункт соглашения заключается в том, что Вашингтон может направлять размещенные в Болгарии войска в третьи страны, не испрашивая согласия Софии. А совсем недавно Чешская Республика согласилась на размещение объектов противоракетного «щита».
    Превращение Болгарии и Чехии, Грузии и Косова в звенья цепи, которой Вашингтон опутывает Россию, говорит о практической непредсказуемости расширения американской империи — и все это не может не пугать Россию. По данным Министерства обороны США в разных странах мира расположено 700 американских военных объектов; на самом деле их количество достигает 1000. Опять же по данным Пентагона, американские войска размещены в 135 из 192 государств мира. Статистические данные о реальной численности вооруженных сил США различаются — здесь правит бал секретность. Официально она составляет 1 500 000 человек, из которых примерно 250 000 дислоцируются за рубежом. Но возможно, на самом деле за пределами США находится куда больше солдат — все та же секретность. Не знаем мы, и что это за солдаты: подразделения ЦРУ, спецназ или наемники.

   Online Journal (США). 07.11.2008.
   ИноСМИ.Ru