Наука должна быть ответственной

    Я присоединюсь к тем коллегам, Анатолию Васильевичу в частности, мы благодарны за приглашение на этот “круглый стол”. В развитие тех мыслей, которые были у вас и у Тараса Мироновича.
    Знаете, в значительное мере, как мне представляется, начиная с периода Байера, Шлецера и Карамзина, российская наука сама виновата в том, что мы создаем именно тот образ, который и в XXI веке имеет место быть. Что я имею в виду? Государственность у нас привнесена пресловутыми скандинавами, варягами, право у нас имеет характер привнесенный, Иван Грозный — сатрап, хотя, если даже не обращать внимание на исследования русских авторов, а обратиться к известному польскому историку Валишевскому, который жил, правда, в составе Российской империи, но тем не менее был представителем не русской, а польской интеллигенции. Он проводил параллели с тем, что примерно в это же время, в середине XVI века, проходило во Франции, в Англии, в Голландии и в России. Это сравнение было не в пользу Англии, Испании, Голландии, а в пользу России. Скажем, я студентам на лекциях частенько задаю вопрос: вот скажите мне, какое количество подданных московского царя погибло в период опричнины? Называют цифры вообще дикие, до нескольких десятков миллионов. Но когда я прошу обратиться к исследованию одного из крупнейших историков современной России Руслана Скрынникова и когда называю цифру менее трех тысяч, люди удивляются и стараются подвергнуть сомнению эту цифру. В качестве некоего сравнения я привожу пример из Валишевского, который пишет о том, что в одну Варфоломеевскую ночь погибло до пятнадцати тысяч, и несмотря на это Медичи и все ее сыновья являются национальными героями Франции, вкупе с Италией. А Ивану Грозному в памятнике, посвященном 1000-летию России, не нашлось места. Есть Бирон, есть кто угодно, есть Рюрик с его двумя братьями, а вот Ивану Грозному места не нашлось. Слава Богу, что место нашлось его деду, Ивану III, другому Грозному, потому что, согласно русским летописям, в истории России было два Грозных. Кстати, Анатолий Васильевич говорил о собирательной роли московских князей, которая также подвергается сомнению со стороны зарубежной историографии, политологии и всего остального.
    Но как относиться к теме нашего “круглого стола”, к понятиям “национальность”, “национализм” и всему остальному? Не следует забывать, скажем, что графу “национальность” в русских анкетах ввел Керенский, потому что в дореволюционной России графа “национальность” отсутствовала, а была графа “русский” и “инородец”, и русскими (православными) были евреи, татары, а инородцами были иногда Ивановы, Сидоровы и Петровы. Достаточно посмотреть еврейскую линию Ленина для того, чтобы вспомнить, что его дядя, старший брат его матери, был членом Государственного совета, несмотря на то, что он еврей, и т.д. и т.п. И таких примеров в нашей истории больше чем достаточно в истории дореволюционной, в истории советской и в истории постсоветской.
    Наконец, последнее. С 1 января следующего года вступает в силу, в определенной части, 132-й Закон “Об общих принципах организации местного самоуправления”. Одна из статей этого закона говорит о том, что избирать и быть избранными в органы местного самоуправления имеют право, в том числе, и иностранцы, соответствующие определенным критериям: проживающие определенный срок, не менее двух лет, и т.д. В этом же законе говорится о том, что вопросы собственности, в том числе собственности на землю, отнесены теперь будут к ведению представительных органов местного самоуправления. Теперь представьте ситуацию: допустим, мы имеем в виду муниципалитет, в рамках которого компактно проживают иностранцы, будь то китайцы, корейцы, вьетнамцы, таджики — не суть важно, кто. Исходя из соответствующей статьи Закона “Об общих принципах местного самоуправления”, они формируют орган представительной власти, к компетенции которого относится вопрос земельной собственности. То, что не удалось сделать Столыпину, то, что не удалось в свое время сделать большевикам, сейчас спокойно сделает 132-й Закон, совершенно спокойно. Может быть, в этом отчасти состоит причина того, что вступление этого закона в полной силе перенесено на три года?
    Заканчивая свое выступление, еще раз хочу подчеркнуть, что нельзя навязать ни государственность, ни местное самоуправление как основу, скажем, той государственности, перед которой мы преклоняемся. Я имею в виду Соединенные Штаты. Алексис де Токвилль еще двести лет назад писал о том, что американцы создали свое государство снизу. А мы как создали? В то время как американские аборигены еще на пальме сидели, извините за такую метафору, у нас была тысячелетняя государственность, основой которой были те самые принципы местного самоуправления, общинного самоуправления, которые являются основой самоуправления в Германии, в Австрии, в Соединенных Штатах и т.д.